АВТОРСКИЙ АЛЬМАНАХ "МагРем" И ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ ЕФИМА ГАММЕРА


Ефим Гаммер: об авторе
Произведения в прозе
Поэтические произведения
Графика
Юмористические произведения

Ефим Аронович Гаммер

Член Союзов писателей, журналистов, художников Израиля и международных союзов журналистов и художников ЮНЕСКО.

 

Автор "Сетевой Словесности"

 

награды, дипломы

 галерея наград

 

новости, анонсы

 презентации, мероприятия

проза, новое

 проза, новые поступления  проза

журналистика, эссе

 очерки, статьи, репортажи

драматургия

 пьесы

exebook

 электронные книги

пресса

 пресса о Ефиме Гаммере

видео, аудио

 аудио, видео

фотогалерея

 фотографии

 

публикации в сети

 международное изд-во Э.РА

 "Журнальный зал." Россия.

 литературный интернет-журнал
      "Сетевая словесность"
      Россия.

 литературно-философский
       журнал "Топос". Россия.

 независимый проект эмиграции
      "Другие берега". Италия.

 общественно-просветительский
      и литературный журнал "День"
      Бельгия.

 "Мы здесь."   США.

 "Еврейский обозреватель." Украина.

 изд-во "Военная литература"
      Россия.

 журнал "Литературный европеец"
      и альманах "Мосты". Германия.

 Горожане на хуторе, Россия.

 альманах "Литературные кубики".
      Россия.

 "Мишпоха". Белоруссия.

 

 

Юмор

ВСЕ ТЕМЫ

 20.03.2012
 Ефим Гаммер

разные ностальгушки

в закладки: moemesto.ru memori.ru rucity.com rumarkz.ru google.com mister-wong.ru



Ефим ГАММЕР

© Ефим Гаммер, 2011


РАЗНЫЕ НОСТАЛЬГУШКИ

Ироническая проза

(опубликовано в еженедельнике "Обзор weekly" , №12 - 2012, США, Чикаго)


Диссиденция


А чего я хотел? Да практически ничего. Социализма хотел, с человеческим лицом. Под лицом человеческим, думал, сущность волчью не спрячешь. Ну и... пару-тройку слов здесь, пару-тройку слов там. Разоблачал-разоблачал... Пока во имя свободы не разворотил весь Советский Союз до основания, а затем... Свободы стало навалом. А Советского Союза не стало вовсе. И разоблачать некого. А чего я хотел? Да практически ничего. Пару-тройку слов свободных... разоблачительных... на кухне... Без огласки.Да промашка вышла с оглаской. Третье ухо оказалось подслушивающее. Второй язык - доносительский. Вот я и вышел в разоблачители. Пару-тройку слов здесь, пару-тройку слов там. Разоблачал-разоблачал, пока не разворотил все, не разнес по камушку. Ни града отчего, ни веси, к пуповине привязанной. Ни адреса. /Помните? “Мой адрес - Советский Союз”./ А кухня? кухня? Где уж ныне кухня моя стародавняя? Маленькая, спокойная, рассчитанная на пару-тройку слов свободных, разоблачительных. В чужой стороне, в запредельном государстве обретается кухня моя. А те, кто собирался в ней втихую, по-добрососедски, раскиданы по разные берега мирового океана и копят старательно доллары, чтобы, оплатив импортные визы, вновь потолкаться на прежней своей жилплощади, туристического соблазна ради. Вдохнуть дым Отечества, горький, прекрасный и как встарь чадливый от пригоревшего масла. И ностальгически вспомнить: а чего я хотел? Платить деньги за посещение собственной квартиры? Нет, не этого я хотел. Да практически и ничего не хотел. Пару-тройку слов свободных хотел, разоблачительных. Хотел как лучше. А вышло - как всегда. И разоблачать некого.


Гримасы и Пегасы

Израиль - страна репатриантов. И страна абсорбции. Здесь каждого абсорбируют. А неудачников переквалифицируют хоть в кого. Причем, пути переквалификации неисповедимы. Можешь стать ненароком даже членом парламента. Но чаще поднимаешься только до уровня простого члена сообщества себе подобных, чтобы потом на досуге, ближе к пенсии, подсоблять мне в пополнении сюжетов для ностальгушек. Как это делает в отключке от своего основного занятия бывший мелкий вор в законе, ныне новый репатриант Кеша Голодушкин.

I. Солдат-надомник

Когда Кеша служил ездовым-резервистом на израильской армейской почте, он откликнулся на газетное объявление: “Требуется солдат-надомник”. И пришел по адресу. С американской автоматической винтовкой М-16.

- Автомат к бою готов? - спросил у него наниматель.

- Всегда готов!

- Тогда стреляй.

- Куда?

- В меня.

- Зачем?

- Жизнь штука сложная. Пегасы и гримасы. И прибамбасы... Я решил покончить с собой.

Кеша и стрельнул. А потом подумал: кто же теперь платить будет? Самоубийца? Ну и люди!.. Все на халяву да на халяву.

II. Боксер-спаситель

Однажды Кеша, попав по недомыслию за небольшие деньги на ринг в качестве боксера-профессионала, предотвратил политическое убийство. По истечении третьей минуты первого раунда, под звон гонга, должен был состояться заказной выстрел из пистолета, не услышанный, разумеется,

болельщиками. Звон гонга - он дай Бог, какой звучный, любой выстрел перекроет.

По задумке заказчиков убийства, их политический противник, восседающий в роли почетного гостя за судейским столом, вынужден был получить пулю прямо в лоб и рухнуть на пол. Но не получил и не рухнул. Благодаря Кеше Голодушкину, переквалифицированному в боксеры. Дело в том, что Кеша из-за незнания скрытых механизмов профессионального бокса нокаутировал своего соперника в первом раунде, за десять секунд до обусловленного тайным соглашением удара гонга и синхронного с ним выстрела. В результате преждевременного нокаута удара гонга не последовало. Не последовало и пули в лоб политического противника. Он остался жив. И сегодня вытворяет такое, что Кеше Голодушкину, право, совестно за досрочный нокаут.

III. Дегустация – мать порядка.

Кеша устроился дегустатором на винно-водочное предприятие. По рекомендации подполковника Васеньки, прозвучавшей вполне комплиментарно: “Сорок чистых градусов от двадцати крепленных он завсегда отличит, попробовав”.

Вот Кеша и отличал градусы. На работе. В белом халате. В ухоженном кабинете.

Однажды пьющая Франция заказала Кешиному винно-водочному учреждению партию выпивки в коллекционной посуде. Количество? Еще то количество бутылок - сдохнешь, пока сосчитаешь!

Как такое количество продегустировать в одиночку, не пригласив специалистов-собутыльников за компанию? И пригласил. И продегустировал с ними. Теперь пустые бутылки некуда посылать. Кешу и его компанию - есть куда. Туда, во всяком случае, добровольцами не ходят.

Но как оплатить неустойку за недоставленный товар? Под белую горячку выяснилось, что это - проблема только для израильских предпринимателей. Для Кеши и его компании вся эта проблема решалась просто. Решалась и, самое удивительное, - решилась. По предложению Кеши бутылки сдали и расплатились. Но следует уточнить - сдали в антикварный магазин.

IV. Держись, Пегаска, уши оторвут!

Когда Кеша по глупости задумал стать писателем, он поинтересовался у одного из героев моих ностальгушек Фони Непутево-Русского, поэта и полицейского:

- А что за это дают?

- Нобелевскую премию, - отшутился непризнанный на Парнасе Фоня, не получивший за свои стихотворные опусы даже от Пегаса уши, не то, что денежное возмещение за моральный ущерб от писания.

Кеша усек про Нобелевскую премию, равную почти миллиону долларов. Той сумме, которой ему не доставало для полного счастья в отдельно взятой стране. И написал первое литературное произведение: заявку на выделение Нобелевской премии.

И что? Заявку послал в благословенную заграницу. Ответ из-за границы не заставил себя ждать. “Вас уже рассматривают на присуждение Нобелевской премии”, - прочитал Кеша про себя на неведомом, но вполне родном по приятности содержания языке.

- Меня уже рассматривают! - радовался вслух Кеша Голодушкин, плодя завидки среди израильских литераторов. И среди Фони Непутево-Русского тоже.

Хотя, если честно признаться, его тоже рассматривали в этот напряженный момент жизни. Правда, не в Нобелевском комитете. Бери ниже. В рентгеновском кабинете. На предмет обнаружения проглоченного в порыве творческого состязания с Пушкиным куриного пера.

V. Каков уклон – таков резон

Кеша шел по жизни с уклоном в сорок градусов. Под этим уклоном он стал выходить в люди и в Израиле. Под этим уклоном его и выдвинули в предвыборный штаб одной из многочисленных партий.

- А деньги за работу? - поинтересовался Кеша. - Мне скучно пропагандировать без премиальных.

- Деньги - потом. Ты нам выборы выиграй, получишь и деньги. Когда у нас объявится касса.

- В энтом разе, - сказал Кеша, - выигрывайте самостоятельно, а я буду за вас пропагандировать после выборов. Когда у вас появятся деньги.

Можете не беспокоиться, эта безденежная партия никаких выборов не выиграет и не свернет Кешу с магистрального пути: его уклон - 40°, и ни на градус больше.

VI. Мафиозные штучки

Кеше Голодушкину предложили возглавить русскую мафию. В Израиле.

Он отказался: ”В Израиле не могу”.

- Чего так? Типа патриотизм заел?

- Меня тут каждая собака знает.

- Подфартило с популярностью в мире животных. Ну и что?

- Поясню. Каждая собака признает меня здесь за своего, за еврея. А вы мне... мафия... русская... Мафия, кстати, в переводе с иврита - пекарня. Представляете, какими пирожками с капустой будет от меня пахнуть, если я возглавлю вашу мафию-пекарню? Собаки принюхаются... И сразу брехать начнут о моей скрытой некошерности: тут русский дух, - будут брехать, - тут Русью пахнет! Отсюда, господа хорошие, постановим на стрелке так: в директоры вашего хлебо-булочного комбината я согласен переквалифицироваться. Но предложите мне возглавить мафию другую, еврейскую по духу и существу. Тогда и заладятся между нами отношения. Тогда и покорешуем.

Однако еврейскую мафию Кеше Голодушкину не предложили. И без него в Израиле немало охотников печь пироги с капустой. И при этом без заметного для сторожевых псов запашка, который, вполне возможно, на доисторической родине и до Киева доведет, а в Израиле... Ох, не ходите, звери, в Африку гулять.


WWW.KONTINENT.ORG

2007 © Yefim Gammer
Created by Елена Шмыгина
Использование материалов сайта,контакты,деловые предложения